«Своего рода coupdegrace»,
Однако сильнее всего доктора интриговал сам способ убийства. Вскройте вену, как это делают на станциях переливания, и кровь потечет медленно, вяло — ведь вы имеете дело с сосудом, по которому она возвращается от органов к сердцу и, следовательно, находится под низким давлением. Но вскройте крупную артерию, и кровь ударит струей: вы затронули сосуд, по которому сердце гонит ее к органам.
Быстрая потеря крови вызывает у жертвы гиповолемический шок. Организм, стремясь сохранить нормальный уровень кровяного давления, включает механизмы гомеостаза. Это приводит к сужению кровеносных сосудов.
В теле двенадцатилетней девочки около пяти-шести пинт крови, что составляет приблизительно семь процентов его объема. Быстрая потеря половины этого количества крови означает для ребенка неминуемую смерть. Сердце останавливается, кровяное давление падает до нуля, и в результате небольшая часть исходного объема крови задерживается в трупе. Однако во всех рассматриваемых случаях трупы подверглись практически полному обескровливанию, а значит, после смерти девочек остаток крови из их тел был удален.
Брейтуэйт нахмурился.
— Заметьте, — сказала Ренд, — кровь у девочек неодинаковая.
— Да, — отозвался доктор. — У пяти — первой группы, у двух — второй и у одной — третьей. Это не вполне соответствует традиционному распределению групп крови у населения, но отклонение незначительное.
— И что же?
— А вот что…
Психиатр задумался, постукивая пальцами по столу.
— Во-первых, убийца хочет собрать всю кровь своих жертв. Во-вторых, он стремится обставить это возможно драматичнее, сознательно выбирая сонную артерию, а не крупную вену. На мой взгляд, это говорит о том, что убийца испытывает патологическое влечение к человеческой крови. Об этом же говорят вырезанные сердца.