— Ты куда это намылился, придурок? — рявкнул Страшила — высокий, сухопарый, нездорово-бледный, одетый во все черное.

Могильный Червь выпрямился и, гневно сверкая глазами, схватил Сакса за грудки. Фредди Стерлингу шел семнадцатый год. Светлые волосы обрамляли густо усеянное веснушками лицо, с которого смотрели небольшие косящие глазки и не сходила бесшабашная дерзкая ухмылка. Пахло от Фредди немытым телом.

Четырнадцатилетний паренек стал вырываться. Могильный Червь сбил его с ног и ловко связал снятой с ящика веревкой. Страшила (Питер Килрой) заткнул вопящему Саксу рот носком. «Вурдалаки» на корточках расселись вокруг бившегося на земле мальчика.

— А ну тихо, — велел Могильный Червь, хватая Сакса за волосы. — Хочешь стать Вурдалаком — должен пройти испытание. Мы же прошли! А сегодня твоя очередь.

— Не надейся ни на кого, — затянул Страшила, — кроме друга-Вурдалака.

— Не доверяй никому, кроме своих, — подхватил Череп.

— Тому, кто хочет вступить в команду, мы должны доверять.

— Тот, кто хочет быть Вурдалаком, должен доверять нам.

— Если мы докажем, что мы ребята честные, — спросил Могильный Червь, — не слабо доказать, что тебе тоже можно верить?

Понимая, что другого выхода нет, Сакс кивнул.

— Молодец, — похвалил Могильный Червь, и на его губах промелькнула знаменитая ухмылка. — Развяжите его, ребята. Пора.

Стоял жаркий, безветренный летний полдень. Тишину нарушало лишь назойливое жужжание мух и изредка — рев грузовиков, мчавшихся вниз с холма по шоссе где-то далеко за деревьями.

Череп распустил веревку, стягивавшую кисти Сакса, и тот, морщась, принялся осматривать запястья в поисках синяков, страшась возможного внутреннего кровотечения. Убедившись, что не пострадал, он вздохнул с облегчением. Четверка сгрудилась у ящика.

— Мы тебя развязали, — заговорил Могильный Червь, — чтоб ты знал: мы тебе доверяем. Ничего плохого мы тебе не хотим. Докажешь нам, что тоже нам доверяешь, и все. Справишься — считай, ты в команде, Сакс. Настоящий Вурдалак ведь почему особенный? Потому что умеет возвращаться из могилы.